Апельсин (СИ) - Страница 42

- Ну, все, все! Вот вечно ты Лида, выступить мне не даешь. Вот сяду и поем тогда, - и тетя Катя, посмеиваясь, уселась за стол.- А сама-то, сама...., расшумелась, как самовар.

- Правильно, садись, поешь. А я по делу расшумелась. Даша, ты чего за голову схватилась? - забеспокоилась тетя Лида, видя, что Даша трет пальцами виски.

- Не знаю, что- то заболела внезапно. И затылок заломил,- поморщилась Дарья.

- Катя! Что расселась? Не видишь, человеку плохо? - всполошилась тетя Лида.

- Иду! Тебя Лида не поймешь, то сядь и ешь, то иди, спасай, - тетя Катя подошла и встала сзади Даши, обхватив ее голову ладонями.

- А зачем? Что вы... - начала было спрашивать Дарья, но на нее шикнули с обеих сторон, и она послушно замолчала. Тетя Катя тем временем водила ладонями по Дашиной голове, и что- то шептала. Потом резко развернулась и вышла в кухню. Было слышно, как она включила воду и зачем- то вышла на двор. Потом вернулась, села за стол и принялась за еду, как ни в чем не бывало.

- Ну, что? Не болит? - поинтересовалась тетя Лида.

- Нет, - удивленно произнесла Дарья. - Обычно у меня такая мигрень разыгрывается, пластом лежу. И вот как раз, так и начинает болеть. А сейчас прошло. Что и шампанское могу выпить, и не заболит?

- Пей, не заболит, - подтвердила довольная тетя Катя.

- И что это было? Я чего- то про вас не знаю?

- Да, есть еще одна история из детства, - закивала головой тетя Катя.

- Еще одна история? А почему не рассказали? Рассказывайте!

- Да забыла я тогда про это. А вот сейчас при случае вспомнила. Ну что, рассказать?

- Так конечно, рассказывайте! Это же так интересно! - восторженно завопила Дарья и удобнее усевшись, приготовилась слушать.

- Было мне, значит, годков так пять, точно не помню. Играла я возле дома, почему- то одна. И вдруг вижу, возле меня древняя старуха стоит, страшная, не описать. Вот даже сейчас глаза закрою и как наяву вижу ее. Кожа, как старый пергамент, коричневого цвета, и вся в морщинах. Столько морщин много, ну просто невероятно много. И серые волосы, как пакли, из платка выбиваются. Именно серые, а не седые. И до того скрюченная вся. Ну, жуть, и все тут! Я, помню, испугалась, хочу маму позвать, а голос сел. Стала я к дому спиной пятиться, как рак. А сама глаз с этой старухи не свожу. А она подходит ко мне, протягивает что- то в руке и говорит: « Не бойся, деточка, вот на, скушай » И впихивает мне в руку пряник и конфету. Я пока на пряник и конфету отвлеклась, она и делась куда- то. Я на дорогу выбежала, в обе стороны смотрю, пусто. Ну не могла такая старуха, так прытко ускакать. Я домой побежала, маме рассказываю, а та рукой от меня отмахнулась, мол, не сочиняй. Ну, конфету я съела, а пряник такой жесткий оказался, я его несколько дней пыталась сгрызть. Потом он по дому еще валялся какое- то время. А потом мать его во двор выкинула, курям, да уткам. А через какое- то время подзывает меня мама и спрашивает, про какую я ей старуху тогда говорила. И как услышала мой рассказ, то за сердце схватилась. Долго меня еще допрашивали, что она мне дала, что я съела, а что нет, а потом выпроводили из комнаты. Но, не тут- то было! Я спряталась и подслушала, о чем взрослые говорили. Оказывается, в соседней деревне, ведьма умерла. И по описанию точь в точь моя старуха. Долго она умирала, никому свой дар не могла передать. Некоторое время мать с отцом ко мне внимательно приглядывались, но ничего такого не заметив, успокоились. Прошло года три, четыре и эта история уже совсем стерлась у меня из памяти. Пока мне не приснился сон, где я опять играю одна возле дома, и опять ко мне подходит эта страшная старуха. Д-о-олго смотрит на меня. Я уже раз пять чуть со страху не померла, пока она меня взглядом буровила. И вот она мне и говорит: « Что же ты дочка сделала? Я тебе свою силу передала, а ты одну половину силы съела, а вторую выбросила » Это она значит про конфету и пряник. Я заплакала и проснулась. Ну, вот с тех пор я кое- что и могу. А если бы и пряник осилила, то ведьмой стопроцентной бы была. Вот так вот, - и довольная тетя Катя, принялась за еще один кусок лазаньи.

- Да из тебя и так хорошая ведьма получилась. И без пряника, - подшутила тетя Лида.

- Ведьмачка, Лида, а не ведьма. Да и узнавала я потом про эту старуху. Хорошая она была, людей лечила, помогала всячески, предсказывала. Как говорят, белая ведьма. Вот, а я могу только от боли избавлять.

- Рассказывай тут нам! А если разозлишься на человека по- настоящему? Ну?

- Ну, плохо тогда будет человеку, пока от души не прощу его, - вздохнула тетя Катя.

- Это как? - подала голос Дарья.

- Ну... - замялась тетя Катя. - Ежели разозлюсь на кого сильно, то плохо человеку будет. Болеть начинает ни с того, ни с сего. И так, пока не прощу его.

- Ага, чуть соседа нашего со свету не сжила. Пока мы поняли, в чем дело, помнишь, Кать? - тетя Лида смеясь, хлопнула подругу по плечу.

- Да помню, помню! Как он у меня в ногах валялся и прощения просил. Напугался мужик, что даже пить бросил! - и тетя Катя звонко, по молодому, рассмеялась.

- Да-а-а, с вами не соскучишься, - Даша, улыбаясь, смотрела на подруг, которые хихикали, как школьницы.

Вечером за Дарьей заехал Антон. В дом заходить не стал, стоял и ждал в проулке.

- Как посидели? - спросил муж, выезжая на дорогу.

- Хорошо посидели, - Даша высунулась из окна и помахала рукой Берте, которая вышла проводить ее до машины. А теперь одиноко сидела посреди дороги, печально смотря вслед.

- Может, в кафе заедем? - предложил вдруг муж.

- Зачем?

- Посидим просто. Еще раз справим день рождения.